Брат за брата

02 августа 2017|Общество |Людям о людях
Брат за брата

В 1932 году в Боровск из Загорского района переехала семья Бочковых. Переезд был вынужденным. Ткацкое производство, где работали Бочковы, переживало кризис. Рабочих стали увольнять, а прядильное оборудование перевезли в Боровск на суконную фабрику «Красный Октябрь». В семье было шестеро детей – четыре дочери и два сына – старший Алексей и младший Анатолий.

Перед самой войной Бочковы купили дом в Текстильном переулке. Алексей возглавил магазин «Мосторг» и одновременно работал инструктором ОСОАВИАХИМа, который возглавлял тогда Фёдор Чичкин.
16 октября 1941 года по распоряжению Управления НКВД Москвы и Московской области Фёдор Иванович на добровольной основе начал формировать партизанский диверсионный отряд, куда вошёл и 25-летний Алексей Бочков в качестве подрывника. 17 октября члены отряда выехали в Москву для вооружения. Их разместили в здании школы у Покровских ворот. Там же формировался и верейский отряд, в составе которого находилась Зоя Космодемьянская. Боровский отряд пробыл в Москве три дня. Бойцов вооружили винтовками, пистолетами и гранатами разных типов. 20 октября боровский отряд выехал из Москвы в Апрелевку, а затем своим ходом проследовал до деревни Слизнёво Наро-Фоминского района. Здесь он должен был перейти линию фронта для диверсионных действий в оккупированном немцами Боровском районе. В ночь на 7 ноября партизаны переправились через Нару и оказались на территории, занятой фашистами.
Наступали лютые морозы, заканчивалось продовольствие и боеприпасы. Решено было наладить связь с партизанским отрядом Н. И. Рачкова через надёжных людей в Боровске и Ермолине. Но никто из тех, кого послали на разведку, назад не вернулся. Тогда пошли Алексей Бочков и Михаил Кордабовский.
20 ноября они вошли в Боровск со стороны улицы Московской – голодные, замёрзшие. У Алексея были сильно поморожены ноги, он ведь так и оставался в своих хромовых сапогах, в которых ушёл из дома.
В городе нельзя было появляться на улице после 17. 00, но партизаны об этом не знали. Когда они подошли к мосту через Протву, их остановил немецкий патруль. У них проверили документы и повели в гражданскую комендатуру, которая располагалась в помещении бывшего лесничества (сейчас телеателье). Затем перевели в военную комендатуру в центре площади. Всё, может быть, и обошлось бы, серьёзных подозрений против Бочкова и Кордабовского не было. Но в это время со стороны Молчановки двигалась колонна военнопленных. Военный комендант остановил колонну прямо перед комендатурой и начал говорить речь. Вдруг прямо из толпы раздалось: «Э! Да ведь это Бочков!».
Один из свидетелей произошедшего зашёл к Бочковым и сообщил, что их сын схвачен на площади. Родные стали искать его, и узнали, что Алексея посадили в холодное помещение на первом этаже дома
№ 24 на ул. Ленина (здание санэпидстанции). Ноги у него были обморожены так, что сапоги даже не смогли снять, их просто разрезали и выбросили. Мать порвала ватное одеяло, чтобы замотать сыну ноги, но ей ничего не разрешили передавать. И на допросы в комендатуру Алексея водили по снегу разутым, подгоняя ударами прикладов в спину. В один из таких моментов отец попытался что-то крикнуть сыну, но получил сильный удар прикладом, упал и потерял сознание.
Мать на коленях стояла перед часовым, чтобы передать сыну варёную картошку, иногда это удавалось. Издали постоянно сопровождал Алексея на допросы его младший брат, 15-летний Анатолий. Мать просила не делать этого, но юноша был непреклонен.
5 декабря Алексея вывели на допрос в последний раз. Анатолий в этот день впервые не успел проследить за братом. В городе его встретил товарищ и сообщил, что Алексея повели за речку.
Бочков-младший помчался следом. У берега женщины полоскали бельё. Закричали: «Толь, не ходи туда! Тебя тоже убьют!». Парень ничего не успел сообразить, как услышал автоматный треск. Хотел было рвануться в ту сторону, откуда раздались выстрелы, но его кто-то вовремя остановил, обхватив сзади. Как он дошёл до дома – не помнил.
Ночью раздался стук в окно. Позвали Пелагею Васильевну. Мать вернулась, быстро оделась и, прежде чем уйти, сказала: «Говорят, там Алёша стонет». Побежала за реку, нашла то место, где расстреляли сына, начала раскапывать, наткнулась на холодное тело, Алексея изрешетили десятью разрывными пулями.
Через несколько дней та же участь постигла комиссара отряда Максима Чичкина, который отправился в разведку после того, как не вернулись Бочков и Кордабовский. Чичкина выдала соседка. Перед расстрелом его сильно пытали. Перезахоронили Бочкова и Чичкина весной 1942 года. Спустя много лет на этом месте появился мемориальный комплекс и зажжён Вечный огонь.
Алексей Петрович посмертно был награждён орденом Великой Отечественной войны и медалью «Партизану Советского Союза». Награды в 1944 году в Кремле вручили вдове героя Валентине Гавриловне. Во время церемонии рядом с ней сидела мать Зои Космодемьянской.
Анатолий в 1943 году окончил школу. Когда предложили поступить в Горьковское радиотехническое училище, согласился, не раздумывая.
Учился старательно, и вскоре стал радистом первого разряда. Для этого нужно было выполнить очень сложные нормативы. Например, используя азбуку Морзе, передать не менее 180 знаков в минуту.
Был несказанно рад, получив направление в действующую армию. Появилась возможность поквитаться за брата. В составе 3-го Украинского фронта Бочков прошёл почти всю восточную Европу. Чтобы обеспечивать бесперебойную связь, телеграфистам приходилось постоянно находиться в самом пекле. Под огнём нужно было сохранять холодную голову, быстро ориентироваться. Передав сообщение, требовалось мгновенно менять расположение радиостанции. Погибали товарищи, но Бочкову везло: только одно лёгкое ранение.
Победу встретил в Вене. Первая мысль была, что не случайно остался цел. Видимо, судьба предоставила возможность жить за себя и за погибшего брата. А значит, жить надо достойно. После войны Анатолий Петрович прошёл переподготовку и служил в войсках особого назначения. Демобилизовавшись в 1953 году, поступил в Московский областной пединститут. И после его окончания несколько десятков лет преподавал в школе историю.
Он не афишировал своё участие в войне. Но ученики, конечно, знали о его фронтовом прошлом. И относились к Анатолию Петровичу с особым уважением. А уроки истории особенно ценны, если их ведёт человек, который был непосредственным участником важных исторических событий.
Светлая память вам, братья Бочковы!

Маргарита ЗАХАРОВА, Ольга ЗАХАРОВА

Комментарии